Это значит, что поезд снимается в депо и маневровые машинисты должны из него выйти.Сухов писал(а):Если второе ещё можно понять, то про манёвры...
ГОЛОСА киевского ПОДЗЕМЕЛЬЯ
Модераторы: dimentiy, Администраторы
Николай Петренко. Голос киевского метро
[ Ирина Несенюк | «Новая» 02-12-2009 14:17 ]
[ Ирина Несенюк | «Новая» 02-12-2009 14:17 ]
Мой голос, хочешь не хочешь, ежедневно в течение восемнадцати лет слышат тысячи пассажиров столичного метрополитена. Коллеги по Киевскому государственному академическому театру кукол шутят, мол, от тебя и в выходные покоя нет»
[left]http://www.picatom.com/16/m00030751a00006196-1-th.jpg[/left]В подземку я попал после серьезного отбора — искали голос, который не раздражал бы и в то же время влиял на людей. Угодить всем трудно — я, например, совершенно не воспринимаю тембр Ивана Козловского, хотя отдаю ему должное — прекрасный тенор. Метрополитен — серьезный вид транспорта, требующий повышенного внимания, и нужно очень тонко следить за интонацией, чтобы и успокоить человека, и призвать его к порядку, и дать добрый совет. Каждый день, выходя из своей квартиры, люди становятся участниками драмы с трагедией — штурм маршруток, троллейбусов, того же метро.
Я был против того, чтобы в отдельных поездах объявления озвучивались детскими голосами. Творческая ревность здесь ни при чем, просто метрополитен — не развлекательное учреждение, слишком звонкие голоса порой режут слух. И потом — далеко не всем они поднимают настроение. Есть люди, потерявшие детей, бесплодные или имеющие тяжело больных малышей. Каково им постоянно слушать бодрые голоса детишек и вспоминать о своем горе?!
Сам в метро езжу постоянно, к своему голосу привык и давно не обращаю на него внимания. Однажды, правда, злоупотребил им в корыстных целях. Ехали мы со встречи выпускников в Гидропарке, а вагон битком набит. Тогда я отвернулся в угол и так громко на весь вагон: «Пасажири, поїзд прямує до станції «Дарниця». Звільніть, будь ласка, вагони!» На «Дарнице» все люди вышли, мы посадили своих одноклассниц, а потом те же пассажиры вернулись, обнаружив, что из других вагонов никто не выходит. Меня не разоблачили, но больше я таких фокусов не делал. Время от времени меня вызывают в метро обновить записи, все получается с одного-двух дублей. В последнее время добавили рекомендацию пользоваться марлевыми повязками и просьбу уступать место беременным женщинам (об этом еще приходится отдельно просить!). Меня часто спрашивают, как все-таки правильно произносить «Дорогожичі». Отвечаю: решили, что с ударением на третьем «о». В слове «Либідська» всегда был ударным первый слог. Долго спорили, как грамотно сказать: «Не залишайте своїх речей» или «свої речі». В Академии наук ответили — «речей», вот я так и говорю, академически. А вообще каждое слово проверяю по орфоэпическому словарю, так что придраться ко мне трудно.
Было бы хорошо, если бы перед конечной станцией метрополитен голосом диктора благодарил пассажиров за то, что они воспользовались этим видом транспорта — так делают пилоты после приземления. Позитив никому не помешает. Вы посмотрите на лица людей в метро — мрачные, опустошенные взгляды. Смотрю им в глаза и вижу тревогу. Такого раньше никогда не было. Неплохо было бы вместе со станциями метро объявлять о театрах, музеях, выставках, на которые можно попасть, выйдя в определенном месте.
Меня часто приглашают в рекламу, и часто я отказываюсь, если она мне не по душе. Лучше намажу хлеб одним маслом без ветчины, чем буду, к примеру, рекламировать крем против выпадения челюсти или средство от простатита. Мне кажется, это нужно делать с помощью мультиков. Автомобили, мебель — еще куда ни шло, но предметы личной гигиены… Однажды все-таки влип с этой рекламой. Пригласили в солидный журнал рекламировать церезит, нужен был усатый мужчина. Надели на меня каску, дали мешок, я картинно взял его, держу в вытянутой руке… А через несколько дней билбордами с моей усатой физиономией был завешан весь Киев.
Метро для меня — отдушина, где можно голосом поиграть. С тех пор как я почти 25 лет назад возглавил кукольный театр, возможности для этого почти не осталось. В юности хотел стать машинистом, затем офицером и даже… священником. Но пошел в Черниговское ПТУ учиться на краснодеревщика (мебель и музыкальные инструменты). В 17 лет стал самым молодым Дедом Морозом в Чернигове. А моя первая запись в трудовой книжке — «актер-кукловод 2-й категории». Прочитал о наборе в местный кукольный театр актеров и пошел туда. Между прочим, специальные школы кукловодов были только в Харькове и Днепропетровске. Параллельно работал ведущим на официальных концертах в областном ДК. До сих пор помню запах сцены и как я говорю: «Мы по собственному велению, сердцу в верности поклянясь, говорим о Владимире Ленине…» Открывается занавес, а там тетки: «Мы за па-а-а-ртией идем…»
В ПТУ на меня как на столяра махнули рукой, отпускали на гастроли с кукольным театром. Руководил им бывший начальник тюрьмы, которая была через дорогу. Он часто туда бегал отвести душу с бывшими сослуживцами. Общение с ним было на уровне «разрешите доложить». И юмор у него своеобразный был. Говорит, что скоро едем в ГДР. Актеры в восторге, он им: «ГДР расшифровывается так: Городня, Добрянка, Репки».
Любимым развлечением было съездить на день в Киев. По ученическому это обходилось в 3 рубля 30 копеек в оба конца. Я выбирал одну улицу, шел по ней пешком, заходя во все музеи и прочие достопримечательности. Чтобы не заблудиться, возвращался по ней же назад, но по другой стороне. Однажды нарвался на Краснозвездный проспект, так день зря пропал. В 1977 году летом, насмотревшись интересного, купил, как обычно, трех уток по 1,80 за килограмм, кулек любимого овсяного печенья. До автобуса оставалось два часа, и я совершенно случайно оказался у Института имени Карпенко-Карого. Захожу туда с этими утками прямо как Фрося Бурлакова. А там девушки ходят в репетиционных юбках, что-то декламируют. Тут ко мне подлетает какой-то человек, спрашивает, не хочу ли я к ним поступать, у них 300 человек на место. Я говорю, я и так уже актер, но он меня уговорил. Вошел я в зал, там за столом с плюшевой скатертью сидят мэтры украинского театра (это я потом узнал), а тут я с авоськой, из которой утиные лапки торчат. Они смеются: «Это вы нам принесли?» «Не, — отвечаю, — это тетя Валя и мама заказали». Они говорят, мол, оставьте в коридоре. Я наотрез отказался, резонно мотивировав тем, что уток, может, и не украдут, но печенье уж точно съедят. Показал я им программу, слава Богу, было что. Меня попросили выйти и подождать час. Я им говорю, что у меня автобус и ждать час не могу. «А пять минут можете?». «Могу», — говорю. Дали мне документы, что я прошел третий (!) отборочный тур творческого конкурса, и допустили к общим экзаменам. На радостях я сорвал гастроли театра, не поехав на них, за что меня директор и уволил.
После института пошел работать в родной профсоюз, потому что на зарплату актера в 80 рублей не проживешь. Знал не только всех артистов, но и билетерш, кассиров по имени-отчеству. В 28 лет возглавил наш кукольный театр. До 2005 года, пока нам не построили этот настоящий дворец-сказку (по улице Грушевского, 1-а. — Авт.), мы мытарствовали по всему Киеву. Зато сейчас — красота. Наш театр — первый в жизни ребенка, это потом он пойдет в ТЮЗ, на балет. Мы отказались от авангарда, лисичка, например, у нас — лисичка, а не покемон, мишка — настоящий мишка. Оказалось, что у нас почти нет пьес для самых маленьких — 2,5—3-летних. Пришлось самому писать «Оленку і Морозенка», «Ріпку» «Курочку Рябу».
Всегда просим родителей оставаться в зале вместе с детьми, специально для этого не повышали цены на билеты для взрослых. Пусть тоже впадают в детство! Нет ничего трогательнее, чем наблюдать с балкона, как малыш хватает маму за руку в напряженный момент спектакля. А еще я люблю разговаривать с детьми после окончания представления, слушать, как они делятся впечатлениями с родителями. А пошли бы они во время спектакля кофе пить, какое уж там послевкусие у ребенка было бы? Спросили бы: «Понравилось?» — «Понравилось». Вот и весь обмен впечатлениями. А еще мы просим родителей не насиловать детей театром. Вот погас свет, ребенок испугался — выведите его в фойе, Бог с ними, с 25 гривнями! Покажите ему аквариум с муреной и карликовыми акулами, музей кукол, сфотографируйтесь среди сказочных персонажей — для первого раза и этого достаточно.
Давно заметил, что к нам приходят люди среднего и ниже среднего достатка. У детей богатых людей гувернантки, няньки. Их родители считают, что этого достаточно для эстетического развития ребенка, для того чтобы с детства научить отличать добро от зла, и что первое обязательно победит второе. Бывает, олигархи просят театр… приехать к ним домой. Мы говорим, что для этого нужно заказывать фургоны, автобусы, грузчиков. Отвечают: «Не вопрос!»
Мечтаю о том, чтобы люди стали добрее. Млечный Путь для меня — это души умерших. Они встречаются там, плохие падают вниз, а хорошие объединяются и светят нам. Жить нужно так, чтобы о тебе потом сказали: «А, кстати, неплохой был человек».
Большой ребенок
Заслуженный работник культуры Украины, директор и художественный руководитель Киевского государственного академического театра кукол Николай Петренко — большой ребенок. Он рассказывает изумленной детворе после спектакля, что куклы по ночам встают со своих кроваток и обсуждают маленьких зрителей, как они себя вели, громко ли хлопали. Он Стрелец по гороскопу — то есть абсолютный оптимист. Если годовой доход от билетов его театра поделить на все население Киева, то государству каждый человек обошелся бы в 7,6 грн. Разве это деньги? А между тем есть люди, которые не могут себе позволить роскошь пойти в детский театр. Это и многодетные семьи, и интернаты. Впервые увидев кукольный спектакль в четырехлетнем возрасте, он помнит его и до сих пор еще не наигрался.
У кукольников тяжелая работа — попробуй поводи 6-килограммовую куклу целый спектакль (сколиоз и артрит — верные спутники актеров), да еще и поиграй голосом. Они забывают о болезнях, едва гаснет свет. О Николае Ивановиче трудно писать, его нужно слушать. Смешливый, по-детски открытый, он кормит голубей и серую ворону, которые прилетают на балкон его кабинета. На стене висит диплом с иероглифами — награда японцев за лучшую среди иностранцев игру на японском (!) языке. А в ГДР он все-таки съездил. На целых полтора года во время службы в армии. Шпрехшталмейстером. Диплома немцы не дали, но понимали прекрасно. Не хуже пассажиров нашего метро.
[left]http://www.picatom.com/16/m00030751a00006196-1-th.jpg[/left]В подземку я попал после серьезного отбора — искали голос, который не раздражал бы и в то же время влиял на людей. Угодить всем трудно — я, например, совершенно не воспринимаю тембр Ивана Козловского, хотя отдаю ему должное — прекрасный тенор. Метрополитен — серьезный вид транспорта, требующий повышенного внимания, и нужно очень тонко следить за интонацией, чтобы и успокоить человека, и призвать его к порядку, и дать добрый совет. Каждый день, выходя из своей квартиры, люди становятся участниками драмы с трагедией — штурм маршруток, троллейбусов, того же метро.
Я был против того, чтобы в отдельных поездах объявления озвучивались детскими голосами. Творческая ревность здесь ни при чем, просто метрополитен — не развлекательное учреждение, слишком звонкие голоса порой режут слух. И потом — далеко не всем они поднимают настроение. Есть люди, потерявшие детей, бесплодные или имеющие тяжело больных малышей. Каково им постоянно слушать бодрые голоса детишек и вспоминать о своем горе?!
Сам в метро езжу постоянно, к своему голосу привык и давно не обращаю на него внимания. Однажды, правда, злоупотребил им в корыстных целях. Ехали мы со встречи выпускников в Гидропарке, а вагон битком набит. Тогда я отвернулся в угол и так громко на весь вагон: «Пасажири, поїзд прямує до станції «Дарниця». Звільніть, будь ласка, вагони!» На «Дарнице» все люди вышли, мы посадили своих одноклассниц, а потом те же пассажиры вернулись, обнаружив, что из других вагонов никто не выходит. Меня не разоблачили, но больше я таких фокусов не делал. Время от времени меня вызывают в метро обновить записи, все получается с одного-двух дублей. В последнее время добавили рекомендацию пользоваться марлевыми повязками и просьбу уступать место беременным женщинам (об этом еще приходится отдельно просить!). Меня часто спрашивают, как все-таки правильно произносить «Дорогожичі». Отвечаю: решили, что с ударением на третьем «о». В слове «Либідська» всегда был ударным первый слог. Долго спорили, как грамотно сказать: «Не залишайте своїх речей» или «свої речі». В Академии наук ответили — «речей», вот я так и говорю, академически. А вообще каждое слово проверяю по орфоэпическому словарю, так что придраться ко мне трудно.
Было бы хорошо, если бы перед конечной станцией метрополитен голосом диктора благодарил пассажиров за то, что они воспользовались этим видом транспорта — так делают пилоты после приземления. Позитив никому не помешает. Вы посмотрите на лица людей в метро — мрачные, опустошенные взгляды. Смотрю им в глаза и вижу тревогу. Такого раньше никогда не было. Неплохо было бы вместе со станциями метро объявлять о театрах, музеях, выставках, на которые можно попасть, выйдя в определенном месте.
Меня часто приглашают в рекламу, и часто я отказываюсь, если она мне не по душе. Лучше намажу хлеб одним маслом без ветчины, чем буду, к примеру, рекламировать крем против выпадения челюсти или средство от простатита. Мне кажется, это нужно делать с помощью мультиков. Автомобили, мебель — еще куда ни шло, но предметы личной гигиены… Однажды все-таки влип с этой рекламой. Пригласили в солидный журнал рекламировать церезит, нужен был усатый мужчина. Надели на меня каску, дали мешок, я картинно взял его, держу в вытянутой руке… А через несколько дней билбордами с моей усатой физиономией был завешан весь Киев.
Метро для меня — отдушина, где можно голосом поиграть. С тех пор как я почти 25 лет назад возглавил кукольный театр, возможности для этого почти не осталось. В юности хотел стать машинистом, затем офицером и даже… священником. Но пошел в Черниговское ПТУ учиться на краснодеревщика (мебель и музыкальные инструменты). В 17 лет стал самым молодым Дедом Морозом в Чернигове. А моя первая запись в трудовой книжке — «актер-кукловод 2-й категории». Прочитал о наборе в местный кукольный театр актеров и пошел туда. Между прочим, специальные школы кукловодов были только в Харькове и Днепропетровске. Параллельно работал ведущим на официальных концертах в областном ДК. До сих пор помню запах сцены и как я говорю: «Мы по собственному велению, сердцу в верности поклянясь, говорим о Владимире Ленине…» Открывается занавес, а там тетки: «Мы за па-а-а-ртией идем…»
В ПТУ на меня как на столяра махнули рукой, отпускали на гастроли с кукольным театром. Руководил им бывший начальник тюрьмы, которая была через дорогу. Он часто туда бегал отвести душу с бывшими сослуживцами. Общение с ним было на уровне «разрешите доложить». И юмор у него своеобразный был. Говорит, что скоро едем в ГДР. Актеры в восторге, он им: «ГДР расшифровывается так: Городня, Добрянка, Репки».
Любимым развлечением было съездить на день в Киев. По ученическому это обходилось в 3 рубля 30 копеек в оба конца. Я выбирал одну улицу, шел по ней пешком, заходя во все музеи и прочие достопримечательности. Чтобы не заблудиться, возвращался по ней же назад, но по другой стороне. Однажды нарвался на Краснозвездный проспект, так день зря пропал. В 1977 году летом, насмотревшись интересного, купил, как обычно, трех уток по 1,80 за килограмм, кулек любимого овсяного печенья. До автобуса оставалось два часа, и я совершенно случайно оказался у Института имени Карпенко-Карого. Захожу туда с этими утками прямо как Фрося Бурлакова. А там девушки ходят в репетиционных юбках, что-то декламируют. Тут ко мне подлетает какой-то человек, спрашивает, не хочу ли я к ним поступать, у них 300 человек на место. Я говорю, я и так уже актер, но он меня уговорил. Вошел я в зал, там за столом с плюшевой скатертью сидят мэтры украинского театра (это я потом узнал), а тут я с авоськой, из которой утиные лапки торчат. Они смеются: «Это вы нам принесли?» «Не, — отвечаю, — это тетя Валя и мама заказали». Они говорят, мол, оставьте в коридоре. Я наотрез отказался, резонно мотивировав тем, что уток, может, и не украдут, но печенье уж точно съедят. Показал я им программу, слава Богу, было что. Меня попросили выйти и подождать час. Я им говорю, что у меня автобус и ждать час не могу. «А пять минут можете?». «Могу», — говорю. Дали мне документы, что я прошел третий (!) отборочный тур творческого конкурса, и допустили к общим экзаменам. На радостях я сорвал гастроли театра, не поехав на них, за что меня директор и уволил.
После института пошел работать в родной профсоюз, потому что на зарплату актера в 80 рублей не проживешь. Знал не только всех артистов, но и билетерш, кассиров по имени-отчеству. В 28 лет возглавил наш кукольный театр. До 2005 года, пока нам не построили этот настоящий дворец-сказку (по улице Грушевского, 1-а. — Авт.), мы мытарствовали по всему Киеву. Зато сейчас — красота. Наш театр — первый в жизни ребенка, это потом он пойдет в ТЮЗ, на балет. Мы отказались от авангарда, лисичка, например, у нас — лисичка, а не покемон, мишка — настоящий мишка. Оказалось, что у нас почти нет пьес для самых маленьких — 2,5—3-летних. Пришлось самому писать «Оленку і Морозенка», «Ріпку» «Курочку Рябу».
Всегда просим родителей оставаться в зале вместе с детьми, специально для этого не повышали цены на билеты для взрослых. Пусть тоже впадают в детство! Нет ничего трогательнее, чем наблюдать с балкона, как малыш хватает маму за руку в напряженный момент спектакля. А еще я люблю разговаривать с детьми после окончания представления, слушать, как они делятся впечатлениями с родителями. А пошли бы они во время спектакля кофе пить, какое уж там послевкусие у ребенка было бы? Спросили бы: «Понравилось?» — «Понравилось». Вот и весь обмен впечатлениями. А еще мы просим родителей не насиловать детей театром. Вот погас свет, ребенок испугался — выведите его в фойе, Бог с ними, с 25 гривнями! Покажите ему аквариум с муреной и карликовыми акулами, музей кукол, сфотографируйтесь среди сказочных персонажей — для первого раза и этого достаточно.
Давно заметил, что к нам приходят люди среднего и ниже среднего достатка. У детей богатых людей гувернантки, няньки. Их родители считают, что этого достаточно для эстетического развития ребенка, для того чтобы с детства научить отличать добро от зла, и что первое обязательно победит второе. Бывает, олигархи просят театр… приехать к ним домой. Мы говорим, что для этого нужно заказывать фургоны, автобусы, грузчиков. Отвечают: «Не вопрос!»
Мечтаю о том, чтобы люди стали добрее. Млечный Путь для меня — это души умерших. Они встречаются там, плохие падают вниз, а хорошие объединяются и светят нам. Жить нужно так, чтобы о тебе потом сказали: «А, кстати, неплохой был человек».
Большой ребенок
Заслуженный работник культуры Украины, директор и художественный руководитель Киевского государственного академического театра кукол Николай Петренко — большой ребенок. Он рассказывает изумленной детворе после спектакля, что куклы по ночам встают со своих кроваток и обсуждают маленьких зрителей, как они себя вели, громко ли хлопали. Он Стрелец по гороскопу — то есть абсолютный оптимист. Если годовой доход от билетов его театра поделить на все население Киева, то государству каждый человек обошелся бы в 7,6 грн. Разве это деньги? А между тем есть люди, которые не могут себе позволить роскошь пойти в детский театр. Это и многодетные семьи, и интернаты. Впервые увидев кукольный спектакль в четырехлетнем возрасте, он помнит его и до сих пор еще не наигрался.
У кукольников тяжелая работа — попробуй поводи 6-килограммовую куклу целый спектакль (сколиоз и артрит — верные спутники актеров), да еще и поиграй голосом. Они забывают о болезнях, едва гаснет свет. О Николае Ивановиче трудно писать, его нужно слушать. Смешливый, по-детски открытый, он кормит голубей и серую ворону, которые прилетают на балкон его кабинета. На стене висит диплом с иероглифами — награда японцев за лучшую среди иностранцев игру на японском (!) языке. А в ГДР он все-таки съездил. На целых полтора года во время службы в армии. Шпрехшталмейстером. Диплома немцы не дали, но понимали прекрасно. Не хуже пассажиров нашего метро.
![rtfm :rtfm:](./images/smilies/rtfm.gif)
![censored :censored:](./images/smilies/i48.gif)
Запись р\и звучавшая на пуске вагона-музея - SBL_History - 4.4 МВ
Запись, звучавшая из р\и СБЛ, в период "эпидемии" гриппа - Epidemy -130 кВ
Запис р\и СБЛ, рекомендующая уступать места беременным женщинам - pregnant - 185 кВ
Все здесь.
Запись, звучавшая из р\и СБЛ, в период "эпидемии" гриппа - Epidemy -130 кВ
Запис р\и СБЛ, рекомендующая уступать места беременным женщинам - pregnant - 185 кВ
Все здесь.
![Изображение](http://forum.metropoliten.kiev.ua/smiles/19.gif)
Sinoptik
- Неподконтрольный
- Крыса рельсовая
- Сообщения: 45
- Зарегистрирован: 02 фев 2009, 20:24
- Откуда: Киев
dj Неподконтрольный - Поїзд буде відправлено
http://www.sendspace.com/file/lpb584
http://www.sendspace.com/file/lpb584
Вихід на праву платформу!
- KuzyaCat
- Начальник депо
- Сообщения: 1178
- Зарегистрирован: 11 июл 2009, 16:03
- Откуда: Киев
- Контактная информация:
Re: ГОЛОСА киевского ПОДЗЕМЕЛЬЯ
Ссылка битаяZoomY писал(а):Ну, что? Вот он - первый блин, который комом. %-)
<A HREF="http://zoomy.kiev.ua/cgi-bin/zametka.cgi?id=kchl" target="_blank">http://zoomy.kiev.ua/cgi-bin/zametka.cgi?id=kchl</a>
Мр3шки с КЧЛ. Качайте наздоровье. %-)
![Sad :(](./images/smilies/huh.gif)
- Неподконтрольный
- Крыса рельсовая
- Сообщения: 45
- Зарегистрирован: 02 фев 2009, 20:24
- Откуда: Киев
- Klovsky
- Мэр (городской голова)
- Сообщения: 12522
- Зарегистрирован: 05 апр 2004, 16:02
- Откуда: Localhost sweet home
- Контактная информация:
Аутентичные.
С учётом частотных характеристик и психофизиологических особенностей восприятия информации в метрошной аккустике, женский голос решили не использовать.
За записи спасибо, интересно послушать.
С учётом частотных характеристик и психофизиологических особенностей восприятия информации в метрошной аккустике, женский голос решили не использовать.
За записи спасибо, интересно послушать.
*Станція "Мечникова". Вихід до магазину "Киянка".
Закинутий навколометро- та залізничний сайт
Закинутий навколометро- та залізничний сайт